Ну, я попал... 6, или Ловозеро

Ну, я попал... 6, или Ловозеро

Ну, я попал... 6, или Ловозеро
6412
После апрельской рыбалки 2008 года я оставил дружный коллектив ГенВала по принципиальным соображениям: меня не устраивала организация питания в походе, куда набирал продукты сам Геннадий. Так, часть продуктов закупалась на дешёвых рынках Москвы и была низкого качества. Составленная им давно раскладка уже не соответствовала моим запросам.

Кроме того, я сошёлся с другим туристом – руководителем группы походов выходного дня Московского туристического клуба, и мы, будучи разными по возрасту всего на пять лет, нашли темы по интересам. Я несколько раз побывал в его походах по Подмосковью, убедился в его профессионализме и нашёл в нём доброго приятеля. И в настоящее время, хотя я не хожу в походы, эти приязненные отношения сохраняются и поддерживаются нами.

У Андрея (так звали моего нового единомышленника) было много идей по проведению летнего периода в паре со мною. В том числе рассматривался вариант похода на Кольский полуостров с прохождением самого Ловозера до устья реки Афанасий, подъёмом на бечеве вверх по ней с последующим волоком к речке Чёрной и сплавом по ней в Ловозеро.

Учитывая опыт Андрея, я не сомневался в успехе этого похода, и уже с мая 2008 года мы начали готовиться к нему. Чтобы окончательно убедиться в моей готовности к походу, был проведён мастер-класс с выходом на два дня в подмосковные леса. Там я познакомился с другими участницами планируемого похода. Собственно, их я уже видел раньше в походах выходного дня, и совместный поход стал поводом для сближения.

Старшую звали Татьяна. В походах выходного дня она отличалась собранностью, готовностью всем помочь, любознательностью и качественной экипировкой. Андрей знал её дольше и считал достаточно подготовленной для такого длительного похода. У Татьяны был опыт пребывания в горах, она владела лексиконом туриста и создавала впечатление человека, знающего эту жизнь не понаслышке.

Младшая тоже звалась Татьяной и тоже была знакома с Андреем по походам выходного дня, больше того, она входила в его группу. Обе участницы горели желанием покорить Север и вдумчиво готовились к этому. По результатам похода по Подмосковью Андрей как инициатор включения девушек в планируемый поход утвердил их кандидатуры. Основной упор был сделан на составление меню-раскладок, подготовке медикаментов. Татьяна-старшая была в то время безработной, а младшая трудилась в сфере фармацевтики. Понадеявшись на ответственность девушек, Андрей контрольных проверок их готовности не делал.

Поездку Андрей планировал на август, а в качестве плавательного средства для нашей четвёрки он выбрал свой катамаран грузоподъёмностью 400 килограммов. Проще было бы, конечно, идти каждому на своей байдарке, но у девушек плавательных средств не было вообще. Да и навыков водных походов как таковых. Уже спустя годы мы с Андреем, вспоминая ту поездку, тяжко вздыхаем и откровенно радуемся, что она сорвалась.

Собственно, совпало так много отрицательных факторов, что преодолеть их было не в наших силах. Отчасти сам поход не был до конца продуман, но в день отъезда, 22 августа 2008 года, мы собрались на вокзале, после объявления посадки сели в вагон и в установленный час отправились в город Оленегорск.

Передвижение на поезде туристов ничем особенным от остальных пассажиров не отличается – мы «облегчали» свои укладки, вытаскивая предназначенную для поедания в поездке снедь. Её было, как всегда, в избытке. Каждый участник считал себя в достаточной степени подготовленным к походу, никого не волновали предстоящие трудности, и было приподнятое настроение, которое сродни эйфории.

Не препятствуя этому, Андрей выдал каждому из нас поручения – мы нарезали из резины полоски для вязки перекладин с заушинами катамарана. Обнаруженные в поездке недочёты в экипировке (вместо настоящих рыбацких резиновых сапог у одной Татьяны были бахилы от ОЗК, у второй простые полусапожки) решили исправлять по ходу пьесы – купить в Ловозере.

В Оленегорск мы прибыли по расписанию. Серое небо не предвещало ничего хорошего, но оно не испугало нас. Андрей в день приезда отмечал свой день рождения, получал от нас поздравления и подарки, но не забывал об обязанностях старшего группы. Пока мы ожидали его на вокзале, он договорился о транспорте, и спустя минут пятнадцать после приезда в Оленегорск мы ехали в село Ловозеро, а точнее, на мыс Семёрка, находившийся на берегу самого озера.

Нужно отметить, что перевозка туристических групп – своего рода подработка для автолюбителей. И разговоры, ведущиеся в автомобилях, как правило, связаны с отъездом-приездом, с возможностью воспользоваться помощью водителя в другой раз. Идёт обмен информацией, контактами, выясняется, чего бояться на маршруте, где и чем можно запастись, какие трудности могут ждать в этих краях. Словоохотливые водители любят рассказывать всякие небылицы о туристах, такой же балагур попался и нам. Звали его Павел Александрович. Он поделился информацией о строгости надзорных органов в области, но мы как-то легко восприняли эту информацию и, что говорить, совсем не придали ей значения.

Водитель подсказал адрес магазина «Всё для рыбалки» и завёз нас туда. Но надежды на приобретение нужной обуви не оправдались. Андрей был вне себя от этого, но делать было нечего, и он решил идти с такой никчёмной экипировкой. Дальше всё шло по заранее намеченному плану, нам предстояло переодевание в походную одежду и обувь, сбор катамарана, упаковка вещей в гермомешки, проведение инструктажа и переход из озера Поповского в Ловозеро. И далее до устья реки Афанасий.

Набранных участниками похода вещей оказалось в избытке, вес дополняли подобранные по дороге к мысу доски, перекладины и непосредственно мы. В итоге при посадке на катамаран, уже находившийся на плаву, он частично погрузился в воду. К несчастью, это произошло подо мною, поскольку по сравнению с другими участниками похода вес у меня был значительным. Мы поменялись местами, но существенных изменений в положение катамарана это не принесло.

Мы медленно выгребали вдоль берега, исчезла из виду Семёрка, впереди замаячил выход из озера Поповского в Ловозеро. Неожиданно из кустов показалась корма катера с надписью «Инспекция ГИМС МЧС», и для нас это был сюрприз. Ни в один из своих походов я не брал спасательный жилет, поскольку его не было и у других участников походов.

Мужчина с борта катера через репродуктор потребовал остановиться, пришвартовать катамаран к берегу и подняться на катер для составления протокола. Было уже достаточно сумрачно под серым небом, и, хотя спасательных жилетов не взяли и девушки, на борт катера поднялись только мы с Андреем. Вежливые инспекторы по всем правилам составили протоколы о нарушениях, не стали брать с нас штрафы, обязав уплатить их после приезда домой, а корешок квитанции с отметками банка выслать в адрес Ловозерского отдела ГИМС МЧС. После этого нас безо всяких препятствий отпустили – инспекторы сделали своё дело, а есть спасательный жилет или нет, плыть или отказаться от плавания – уже не их дело.

Это мероприятие заняло достаточно времени. Было около 18 часов, когда мы тронулись в путь. Ловозеро встретило нас попутным ветром и мелким дождём. Невзирая на такую погоду, мы шли по максимуму – до 22 часов и, пройдя порядка 12 километров, остановились на ночлег. Планы по движению сорвались по независящим от нас причинам, и основной рывок мы отложили на следующий день, 25 августа 2008 года.

Место стоянки было живописным – песчаный берег постепенно переходил в травы и мох, кустарник предшествовал высоким хвойным деревьям, в траве краснела бочком брусника, кое-где рос гонобобель. Поздний отбой затянул и подъём, а я по укоренившейся привычке кашеварил. Уже в это утро начались тёрки с завхозом из-за её нерасторопности и нежелания уложить все припасы в один мешок, выдавая продукты дежурному с вечера на весь предстоящий день. Завтрак прошёл только после 10 часов, и после сбора мы наконец двинулись дальше по озеру.

Ещё в предыдущем переходе Андрей посадил меня посредине катамарана, и длинным веслом я грёб, наклоняясь со своего места то вправо, то влево. Сзади на правой гондоле сидел сам Андрей и выгребал что есть мочи, а на левой гондоле сидела Татьяна и обеспечивала выгребание веслом слева. Свободная от работы Татьяна сидела на катамаране впереди меня и по мере уставания гребущей веслом подруги сменяла её.

Поскольку навыков у них не было, а старания хоть отбавляй, катамаран постоянно рыскал, а то и вовсе начинал вертеться. Андрей, как мог, выравнивал ход. То он, то я кричали неудалым помощницам: «Не греби! Табань!» Когда дул попутный ветер, я разворачивал изготовленный вечером парус, состоящий из двух жердей и натянутой между ними полиэтиленовой плёнки, хотя парусность катамарана на ветру и так была высокой.

Нужно отметить, что в погоде преобладала переменчивость, где солнце было нечастым гостем на небе, а в основном набегали тучи, то и дело угрожая нам дождём. Общее впечатление от похода сложилось преимущественно как о продолжительном пребывании под гнётом серых туч, под непрерывно моросящим дождём и редких случаях яркой солнечной активности, что уже позже отразилось в стихотворении:

Ещё не гроза, но воздух заряжен,
И ветер порывистый тучи пригнал,
Размыт горизонт далёкого кряжа,
Ворчит, разбиваясь о берег, волна.

Сквозь тучи с небес рассеянным светом,
С трудом пробиваясь, на воду упал
Ослабленный луч последним приветом
От лета. Минута… и гибельный шквал

Всю землю зальёт, разрывами молний
Расколется небо, тяжёлый раскат
В ушах прогремит, пространство заполнив!
Всё будет ещё, всё притихло пока…


Не прошло и двух часов нашего вертлявого перехода, как неподалёку от впереди лежащего острова Вунхемсуол появилась моторка с надписью «Рыбнадзор». У одного из мужчин, сидящих на ней, в руках виднелся автомат Калашникова. Другой прокричал в нашу сторону: «Ловля рыбы приостановлена в связи с начавшимся сегодня запретом – нерестится сиг. Просим покинуть акваторию озера!»

Мы продолжали сближение с катером до возможности вести разговор без технических средств. Предварительно Андрей предупредил меня о том, что разговор будет вести только он. Объяснений того, что у нас другие цели, другие снасти и маршрут, позволяющий уйти из озера вверх по реке Афанасий, представителям Рыбнадзора явно не хватало. Они настаивали на том, чтобы мы покинули озеро, и не обращали внимания на уговоры пропустить нас в реку, до которой оставалось не больше трех километров. Досужие разговоры водителя, перевозившего нас из Оленегорска, превращались в реальность, и эта реальность нас угнетала донельзя.

На лице Андрея читалась полная растерянность – он явно не знал о сроках нереста сига в Ловозере и мучительно думал, как выбираться из сложившейся ситуации. Вариантов было несколько, в том числе и такой: дать согласие на уход и пристать к берегу, по которому текла река Афанасий, перейдя на следующий день волоком в его верхнее течение, направиться прежним маршрутом, исключив вход в устье Афанасия.

Наконец Андрей заявил представителям рыбнадзора об уходе с маршрута к берегу озера для сбора катамарана и оставления озера. С катера не ответили, но мотор завёлся, и он исчез из виду. Мы оставались в раздумьях, потом Андрей, внезапно проголодавшийся, дал команду причалить к острову, тянущемуся узкой полосой неподалёку от нас. На острове оказалось много разных ягод, и мы устроили перекус.

Обойти работников рыбнадзора представлялось затруднительным, остаться на острове до темноты и двинуть в сторону устья реки Афанасий мы даже не помышляли – оказаться с простреленными баллонами посреди озера явно не хотелось. Справа от нас виднелся остров, заросший деревьями и выглядевший сказочным. А дальше был берег с каменной грядой на горизонте – там шли Хибины.

Длительные размышления Андрея окончились замысловатой фразой, смысл которой был примерно таков: найти такое занятие, помешать осуществлению которого нам не сможет никто. И как вариант он предложил пойти в Хибины. План начал приобретать сторонников: было предложено оставить катамаран в лесу, налегке дойти до этих гор, выйдя позднее к Сейдозеру, о котором каждый из нас что-то слышал ранее.

Собравшись, мы двинулись от острова к берегу озера, находившемуся на расстоянии четыре километра по карте. По пути нам попался освоенный туристами островок, похожий на сказочный остров Буян. Накоротко остановившись, мы прошли его по множеству троп, но оставаться в найденном жилище не стали, опасаясь каких-либо претензий от местных жителей и рыбнадзора.

Вернувшись к катамарану, отчалили от «Буяна» в сторону губы Мягкой. Берег озера представлял собой каменистый вал, заросший кустарником и небольшими деревьями, а за ними шло сырое болотистое место, непригодное для лагеря. Порыскав немного по берегу, мы отыскали относительно сухой клочок земли и разбили лагерь.

Девушки установили палатку, где они проживали вместе с Андреем – своих у них не было. А я нашел удобную ложбину в непосредственной близости от берега, сразу за каменистым валом. Когда проблемы с размещением были решены, каждый из нас занялся своим делом: мы с Андреем заготавливали дрова для костра, готовили снасти для рыбалки, устанавливали костровое оборудование и разжигали костёр. Девушек Андрей отправил на поиск ягод и грибов.

Вообще, потеря самой цели похода сместила акценты в ролях каждого из участников. Если в движении мы с Андреем рулили, гребли, поднимали катамаран, перенося его, то на берегу такой задачи не было, а значит, нужно было определить, кому и чем заниматься. Этого сделано не было, и начался некий разброд. Изначально девушек планировали направить на решение бытовых вопросов, а теперь нужно было как-то перераспределить роли. Либо установить очередь по дежурству в лагере, либо нарезать каждому свой участок ответственности.

Пока решались организационные вопросы предстоящего пешего похода по Хибинам, хозяйственными проблемами занимались мы с Андреем. Неожиданной новостью стало и то, что обе Татьяны ни разжигать костёр, ни управлять его горением не умеют и так или иначе самостоятельно готовить пищу они не в состоянии. Им нужна мужская сила и помощь постоянно. И мы готовы были её предоставлять.

Пойманную на донки утром следующего дня рыбу доверить девушкам я не мог, занимался её приготовлением сам и утром, и в обед. В итоге вопрос приготовления пищи плавно перешёл в мои постоянные обязанности, завхоз и медик изредка могли приготовить ужин, а от мытья посуды и канов от пригоревших каш наотрез отказались. Меню-раскладку Татьяна-старшая меняла по своему усмотрению, так как сама питалась по какой-то системе и практически отдельно от остальных участников группы. Объясняя отказ от выполнения обязанностей завхоза, она заявляла: «Я в отпуске!»

Татьяна-младшая заявила о потере ножа и подозрении меня в его краже, это подозрение никак не мотивируя. Я её нож и в руках не держал, а последний, кто им пользовался, был Андрей. Дело дошло до скандала – мне приходилось оправдываться в том, чего не совершал, и особенно с Татьяной-младшей я не церемонился. Андрей занял нейтральную позицию. Недовольство сложившимися взаимоотношениями нарастало, но отведённое на организационные вопросы время истекло, и налегке мы двинулись в пеший поход по Хибинам.

Нужно пояснить замысел похода, поскольку он сводился к тому, чтобы как можно больше убить свободного времени. Андрей задумал попасть в Сейдозеро круговым маршрутом: дойти до реки Светлой, по-над ней подняться до озера Светлого, выйти к горе Сэлсурт и, обойдя по азимуту соседнюю с ней гору, спуститься с неё непосредственно к Сейдозеру. Туда можно было пройти, следуя вдоль частично разрушенной линии электропередач, шедшей в ста метрах от нас, и безо всяких совершенно не нужных никому трудностей. Но как же нам без преград, которые мы сами себе возводим. Нет, нам без них никуда!

Как сложатся погодные условия в конце августа на Кольском полуострове, никто даже предположить не мог. Да, собственно, и не думал вообще. А стоило задуматься…

Мы шли лесом, сначала под небольшим уклоном, переходящим в крутой и снова выравнивающимся. Андрей вёл нас к реке кратчайшим маршрутом, идя траверсом по склону горы, изменяя высоту исходя из условий: то из-за выросшего из земли поля курумника – округлых камней, покрытых мокрым мхом и лишайниками, то из-за деревьев и кустарников, то из-за внезапных ложбин.

Татьяна-старшая повеселела, задорно шагала по курумнику, пренебрегая предупреждением Андрея об осторожности, всем своим видом показывая: «Знаем, проходили!» Татьяна-младшая отставала, ей было тяжело в бахилах от ОЗК, но она не сдавалась. Рюкзаки Андрей распределил по весу, но всё равно казалось, что самый тяжёлый достался ей. По пути попадались и грибы, и ягоды, их аккуратно складывали в сумки, предполагая съесть на ужин.

При установке палатки Андрей обнаружил пропажу колышка, и в дальнейшем ни установку палатки, ни разборку и укладку её он девушкам не поручал. В доверительных разговорах со мною он сетовал, как ошибся в отношении Татьяны-старшей, которую первоначально брать не хотел и которая буквально навязалась в самый последний момент. И с перевесом пошла накладка, и с лишними вещами, и с её неприкрытой ленью…

Собственно, и сама Татьяна-старшая, уже после похода составив отчёт, не оправдывала ни своего поведения: «…потому что я привыкла на халяву вот так, приживалкой, слоняться с группами, может, меня кто-нибудь и пожалеет, безработную», ни своей слабой обученности элементарным вопросам туристической жизни: «ну не умею я разводить костёр!», ни неприкрытой наглости «ну не готовить же еду, в конце концов. Для этого есть золушки-мальчики и Хасьмушка».

Атмосфера отчуждённости, сложившихся неприязненных взаимоотношений создавала негатив и не способствовала общению. Андрей, по-прежнему сохраняя нейтралитет, оставался связующим звеном между нами всеми. А двигаясь по уступам реки Светлой, на берег которой мы вышли в тот же день, 27 августа 2008 года, без взаимопомощи было не обойтись. И руку подать, и поддержать, и перенести укладку. Ручьи, впадающие в Светлую, не минуешь, их приходилось переходить вброд.

Когда я уходил вперёд, Андрей переносил наших красавиц на руках или на спине, когда я отставал, то по просьбе Андрея разувался и отдавал им свои сапоги для перехода, и всё равно им удавалось намочить ноги. При одном из переходов Андрей оступился, и Татьяна-старшая упала вместе с ним в воду. Хоть какое-то, но всё-таки наказание за привычку к халяве. Татьяна-младшая терпела трудности с движением в бахилах, но шла и не ныла. Идущий периодически дождь не особо мешал нам наслаждаться увиденным, а водопады на речках, панорама Ловозера неизменно попадала в объективы фотоаппаратов.

По речке Светлой 28 августа 2008 года мы вышли к озеру Светлому и расположились на его берегу. Погода стояла дождливая, сырая, с дровами были проблемы, и разведение костра также оказалось затруднено. Усовестившись своего поведения, Татьяна-старшая там сделала первую и, как оказалось, последнюю попытку развести костёр. Но поскольку это ей не удалось, совесть окончательно уснула. Ещё кое-когда можно было получить от неё помощь в виде охапки хвороста для костра, да изредка они с Татьяной-младшей на уже разожжённом нами с Андреем костре варили ужин.

В общем, приехали девушки в отпуск отдыхать и прихватили пару ребят для обслуги. Андрей даже не пытался привести их к нормальному бою, поскольку понимал: выбор его оказался ошибочным, и винить в этом некого, кроме себя самого.

Тем не менее, нужно было как-то продолжать совместное предприятие – двигаться в гору Сэлсурт, переходить с неё на другую, спускаться к Сейдозеру, и так далее. Между тем погода ухудшалась: моросил мелкий дождь, солнце надолго пряталось за тучами, и ориентиры, необходимые для движения в горах, то исчезали из виду, то вновь появлялись. Ночью температура опускалась до +5, а с учётом сырости, особого комфорта мы не испытывали.

Наступил третий день предпринятого нами пешего похода, 29 августа 2008 года. Всю прошедшую ночь шёл дождь, температура утром не превышала 1 градуса тепла, вершины перевала, видневшиеся на горизонте, были покрыты снегом. В обед, после обсуждения вариантов идти вверх сразу после обеда или идти утром следующего дня, большинством голосов было принят первый вариант. И сразу после обеда мы вышли к основанию горы Сэлсурт, чтобы двигаться дальше.

Для общего понимания: гора представляла собой каменистую, полого тянущуюся вверх местность, лишённую деревьев и лишь местами поросшую кустарником. Представлялось необходимым подняться к вершине горы, осмотреть примерный маршрут движения с неё на соседнюю гору, при необходимости – заночевать на горе и продолжить путь утром следующего дня. Вероятность разведения костра при этом была минимальной, и ужинать предстояло всухомятку.

Солнца на небе не было видно. Затянутое облаками, оно лишь иногда проглядывало и освещало местность. При этом видимость была достаточной, чтобы рассмотреть соседнюю гору, узкую долину между горами и маячащую впереди и вверху поверхность горы Сэлсурт. Мы начали движение, и дождь, до того то идущий, то прекращающийся, в дальнейшем только усиливался, как бы препятствуя нашему приходу.

Нарастал и ветер. Если внизу, на линии леса, он казался играющим, в тундровой предгорной зоне с редким кустарником он пронизывал, то на открытой каменистой поверхности горы бесцеремонно гнал нас назад, вниз. Чем выше мы поднимались, тем яростней сопротивлялась стихия. Дождь пошёл крупными каплями, заливая наши укладки и нас самих, потом он превратился в снег, облепливая нас с головы до ног и тут же тая. Ветер превратился в ураганный и налетал со всех сторон. Видимость сошла на нет: облака оказались на вершине горы, перевал закрылся непроглядным туманом, и Андрей вёл нас, руководствуясь только азимутом.

Не знаю, что думали другие участники, но меня пугала явная невозможность поставить в таких условиях палатку, забраться в неё без перспективы обсохнуть и согреться, уже не говоря о том, чтобы заснуть. Я шутил, стараясь хоть как-то подбодрить своих новых товарищей, и голосом диктора вещал: «Объявлено штормовое предупреждение!» Но Татьяне-старшей, казалось, сам чёрт не брат. Она шла замыкающей и постоянно подгоняла отстающую Татьяну-младшую.

Мы добрались до подобия тура – груды камней конической формы –и возле него по команде Андрея высказали мнение о дальнейшем движении или возврате назад. И я, и Татьяна-младшая высказались за возвращение: не мы первые, кого горы не пускают к вершинам, даже опытные альпинисты ждут по несколько суток устойчивой ясной погоды, а мы-то вообще в горах впервые. А Татьяне-старшей хоть кол на голове теши – давайте идти дальше. Честно признаюсь, так и хотелось двинуть ей в ленивую наглую рожу, но я сдержался. Андрей не тянул с решением и тут же, предупредив об осторожности при спуске по мокрым камням, направился назад, так же ориентируясь по азимуту.

Спуск не подъём, но торопливость, безусловно, наказывается, и я, поскользнувшись на мокром ягеле уже в тундровой зоне, неудачно упал на спину. Благо что без особых последствий. По мере нашего продвижения вниз и стихия умеряла свой напор: снежная полоса осталась позади, ещё ниже и ливень превратился в лёгкий дождик, а уже на границе леса где-то среди затянувших небо облаков мелькнул и вновь исчез солнечный луч. Что это было на самом деле, мне, человеку несведущему в горных путешествиях, предположить трудно. Но, приняв решение о возвращении в лагерь, на берег Ловозера, Андрей его в дальнейшем не менял.

Мы сушились, как могли, разведя сразу два костра и выстроив ограду возле них. В условиях висящей в воздухе сырости получалось не очень. Ночь в лесу принесла облегчение, но утро 30 августа 2008 года порадовало меньше – температура явно снижалась, наступала северная осень, и пребывание без цели в глуши становилось неинтересным, а в чём-то даже опасным. Перевал закрыт, перспективы его открытия нет: дождь продолжается с небольшими перерывами, туман недвижим, висит, не поднимаясь, потому что солнце светит, но не греет.

У Татьяны-младшей неожиданная радость – нашёлся украденный мною нож. Причем там, куда я доступа не имею – в её кофре для фотоаппарата. Но своей радостью она делиться не хочет, тем более приносить извинения. Ну и фиг с нею, растяпой.

На следующий день, 31 августа 2008 года, двинулись в лагерь. Снова прижимы Светлой, град капель с веток прибрежной растительности, серый и сырой ходовой день и ещё одна ночь в лесу. Профессионализм Андрея нас не удивлял: мы вернулись к стоянке на берегу озера 1 сентября 2008 года быстрее, чем шли оттуда. По дороге попадались грибы, ягоды, и они стали существенным подспорьем в нашем рационе.

Запрятанные в укромных местах продукты, вещи и катамаран целы. Ставим тент, палатки на свои места, на ночь выставили донки на рыбу. Ловить по-другому не получается – много водорослей, а катамаран не лодка, он не маневренный и плохо управляемый одним, пока другой занят.

Утро 2 сентября 2008 года принесло плохие известия – донки пусты. Решили набрать ягод, и все пошли на заготовку их. Я собирал бруснику, Андрей гонобобель, а девчата всё подряд. Ягод набрали много – хватило и на кисель, и просто поесть. А к вечеру Андрей с Татьяной-старшей набрали вдоль берега грибов и нажарили их.

Погода между тем ухудшалась с каждым днём. После возвращения из неудачной вылазки в горы ветер бушевал два дня, шёл дождь, и температура снижалась. Всё явственнее ощущалось приближение холодной северной осени, и ждать, пока нас заметёт совсем, вовсе не хотелось. Пребывание в мокрой одежде на ветру и в холод не прошло для нас даром: все кашляли, чихали, нужно было принимать решение о дальнейшей судьбе похода.

И 3 сентября, после установившейся ясной, но стабильно холодной погоды, мы оставили свою стоянку и на катамаране выдвинулись в сторону Семёрки. Выходить на открытые просторы, где дул встречный ветер, нам не хотелось, и мы двигались по-над берегом.

Изучив карту, Андрей нашёл зимник – дорогу, которой пользовались в зимнее время, и принял решение не огибать далеко выступающий полуостров Длинный Наволок, а перенести катамаран и вещи по этому зимнику. Дорога выходила к берегу озера в районе устья реки Светлой, а оттуда до Семёрки было рукой подать. Собственно, тогда ещё об окончании похода никто не думал, надеясь, что погода изменится в лучшую сторону, и мы окажемся в северном бабьем лете.

Вечер 3 сентября 2008 года оказался на удивление красивым, спокойным, хотя и холодным. Солнце уходило за горизонт и окрашивало тучки и облачка. Позже эта картина, запечатлённая на фотографии, вызвала у меня воспоминания, и я написал стихотворение:

О, как стремителен у времени полёт…
Ещё мгновение назад был залит солнцем
Осенний день, но вот и снова настаёт
Пора для вечера в пейзаже ловозёрском.

Поверхность озера охватывает дрожь,
Кусты прибрежные пожухли и озябли,
На дикобраза каждый первый стал похож,
С далёких туч дождя на воду пали капли.

На горных шапках горизонта первый снег,
Под каблуком звенят пластинки хрупких льдинок,
Морозов близостью повеяло на всех,
И стынут капельки в полотнах паутинных.

Лишь тучка серая, слегка порозовев,
И оживляет тон унылого пейзажа,
Как будто на небо прилёг огромный лев
И спит себе, являясь частью антуража.


Мы сделали так, как и наметил Андрей. Вещи сложили в укладки, а сам катамаран перенесли, не разбирая, от одного берега полуострова к другому. Перед нами открылся изумительный вид на Хибины, на устье Светлой, а вода в озере была в этом месте столь же прозрачна и чиста, как в реке.

Разбив лагерь и приготовив ужин, мы с Андреем завезли донки в надежде поймать рыбу. И надежда оправдалась – утром следующего дня, 4 сентября 2008 года, три налима каждый весом в килограмм стали нашей добычей. А значит, обеспечена и уха, и жарёха. Мы с воодушевлением зарядили снасти и снова завезли их ещё ближе к устью Светлой. Но с погодой повезло меньше – утром стоял туман, а потом полил дождь, прекратившись только вечером. Небо частично приоткрылось на горизонте, и вновь закат поразил наше воображение. Позже появились строчки об этом:

Гаснет луч закатный в тучах грозовых,
Озеро покрылось зябкой мелкой рябью,
Страху нагоняет редкий крик совы,
И спешит на берег утлый мой кораблик.

Но, опережая бегство от судьбы,
На воду с далёких туч упали капли,
Молнии вдогонку, не скрывая пыл,
Небо вмиг расплющил гром ударом сабли.

Отголоски эха слышно далеко,
Будто бьют трубою по железной крыше,
Звуки нарастают, превращаясь в ком,
Оглушив собою, поднимаясь выше.

Это полновесных, мощных струй дождя
Громко так и ясно мне слышны удары….
За полночь, устав и в горы уходя,
Озеро покинет с молнией на пару.


Нас угнетало бездействие, связанное с погодой. Нет бы пройти, пособирать грибы, ягоды. Вылазка Татьяны-старшей хоть и принесла ведёрко грибов и ягоды к ужину, но промочила её одежду, вызывая необходимость сушиться при стопроцентной влажности. Согреться можно было только у костра, а сидеть в палатке весь день – интереса мало.

Достижения прогресса коснулись и этого, казалось, отдалённого места. Наши девушки воспользовались услугами сотовой связи, посылали СМС-сообщения близким и даже говорили с ними. Из этих разговоров мы узнали о ближайших прогнозах погоды, и они, эти прогнозы, не предвещали нам ничего хорошего. Уже спустя три-четыре дня здесь будет отчаянно холодно, а температурные показатели уйдут до -10 градусов.

Эта информация и стала основанием для принятия решения Андреем о сворачивании похода окончательно. Как бы подтверждая наши сомнения в том, оставаться или нет, и рыба не взялась – донки оказались пустыми. Сборы были недолгими, и в обед мы выдвинулись в сторону Семёрки. Погода творила чудеса – солнце ласкало наши озябшие лица, небо голубело, а пролетающие по нему облака светились первозданной белизной. Даже появилась мошка.

Но уже ничто не могло нас остановить – поход, так и не состоявшись, неминуемо шёл к окончанию. Вот и последняя губа Сегевань перед выходом в озеро Поповское осталась позади. Мы гордо прошли мимо катера МЧС, вошли в озеро Поповское, вышли к своей стоянке, откуда 24 августа стартовали. Прошедшие десять суток показали всю нашу несостоятельность, разобщённость, неподготовленность и нежелание искать примирение в сложившихся обстоятельствах. Андрей был озлоблен, но молчалив. Стапель он решил провести без девушек, а их отправил в Ловозеро выяснить расписание автобусов на Оленегорск.

Стапель не занял у нас много времени, поскольку работа велась молча, слаженно и быстро. Сложив вещи, мы разожгли костёр, приготовили ужин и в нетерпении ждали возвращения девушек, понимая, что узнать расписание автобусов можно всего максимум за пять минут, прочитав его на автостанции Ловозера.

Однако изменить характер Татьяны-старшей мы были не в состоянии: хождения затянулись до 22 часов. А результат поражал простотой: прямых автобусов из Ловозера на Оленегорск нет, есть автобус только через Ревду.

Когда Андрей после ужина предложил каждому из участников высказать своё мнение о походе и причинах его провала, накопившийся за время похода негатив нашёл, наконец, свой выход. К моему удивлению, девушки восприняли наши претензии к ним как наговор, а Татьяна-младшая, обидевшись, ещё и заплакала. Что она ожидала от этого похода, для нас с Андреем осталось загадкой. В итоге каждый получил то, что заслужил.

Дальнейший путь не представляет никакого интереса. Утром следующего дня мы, нагружённые облегчёнными, но всё равно тяжёлыми укладками, выдвинулись в сторону Ловозера. А навстречу выехали вчерашние знакомые Татьяны-старшей, которые и помогли нам добраться до автостанции налегке, забрав часть груза. А познакомилась она ни много ни мало, а с женой самого рыбинспектора района, и сам Шурпин Анатолий Николаевич, ведя автомашину, советовал приезжать в другой раз, заблаговременно созвонившись.

Длительное ожидание рейсового автобуса мы заполнили поочередным блужданием по селу. Сначала девушки совершили культурную программу, посетив местный музей и все магазины, потом мы с Андреем пытались хоть где-нибудь перекусить, совершенно не интересуясь культурными достопримечательностями села.

В конечном итоге автобуса мы не дождались, а договорились с водителем легковой автомашины, который и довёз нас с вещами до Оленегорска. Светило солнце, но было довольно прохладно, в пределах 8-10 градусов тепла. А в 20:00 того же дня мы выехали на Москву. Этим походом открылась серия последующих походов, по тем или иным причинам завершавшихся неудачно.

В дальнейшем каждый из участников не нашёл причин для разлада, и мы продолжили общение. Но теперь в поход вместе пойдём вряд ли.

© Copyright: Алмиханд, 2015
Свидетельство о публикации №215100900740
Участники турпоходаРуководитель и его помощницы.
Катамаран для сплава по озеруГотовлю рабочее место гребца.
Где ловить рыбу на ЛовозереУтро на первой стоянке Ловозера.
Ягода водяникаВодяника, или шикша.
Ягода гонобобельГолубика, или гонобобель.
Ягоды Мурманской областиДостойный итог сбора.
Улов ловозерской рыбыНо утренний улов радует.
Турпоход по озерам Мурманской областиФото от замыкающей.
Время перейти эту реку вбродОчередное форсирование речки.
Привал. Турпоход по Мурманской области.На пути к стоянке в губе Мягкой.
Растительность тундровой зоныКовёр под ногами.
Туристы несут катамаранПеренос катамарана по зимнику.
Где клюет налим в Мурманской областиУтренний улов 4 сентября 2008 года.
Осенний пейзаж. Мурманская область.Вечерний пейзаж расцвел днём.
Красивый камень, поросший мхомНо остановки неизбежны.
Комментарии:
Марат
Sheresper
Привет,Александр!Очень много букв,совершенно некогда читать,разрываюсь между охотой и рыбалкой!...Обещаю,прочту позже...Фотографии-
Александр
Алмиханд
Утро доброе, Марат! Спасибо за визит. Букв действительно многовато... Но что делать, такой репортаж о поездке. Будет и короче... Удачи и в рыбалке, и в охоте!
Сергей
CaR-MeN
Нормальный поход для ловозера !!! Не знаю что там за такая аномальная зона. На Ловозере постоянно что то случается.Народу гибнет на нем каждый год и памятников на по берегам много .Не так давно года 2.5 утонули знакомые 2 человека.Их нашли а катер нет. И стихийные погодные условия меняются несколько раз в день. В конце озера есть остров (волшебный лес)от которого местные шарахаются стороной.А туристы на нем останавливаются . Тот кто туда из моих знакомых ездил туда не один раз постоянно что то случалось.Если найду отчеты выложу. И больше на это страшное озеро ни кто не едет.
Сергей
CaR-MeN
ссылка

Смотрите GREKA отчет от 1 октября 2014.
Александр
Алмиханд
Привет, Сергей! Спасибо за визит. Оно, конечно, не без аномалий, но нам удалось вернуться без потерь. Уже возвращаясь поездом, Андрей решил для себя, что туда больше ни ногой. Ему виднее, ведь он руководит походом. А отчёт GREKA почитаю, спасибо. Удачи, Сергей!
Сергей
к.с2581
Приветствую, Александ Михайлович! Сколько же у вас увлекательных историй припасено?! Вам пора уже книги издавать! Я бы был первым покупателем! Удачи в дальнейшем.
Александр
Алмиханд
Вечер добрый, Сергей! Спасибо за визит. Разве плохо читать истории здесь, на сайте? Где ещё можно разместить столько фотографий? Только здесь! Так что смысла печатать книжку я не вижу. Да и истории эти так или иначе завершатся. Спасибо за пожелания и оценку. Взаимно - удачи вам, Сергей!
Сергей
к.с2581
Вы правы Александр Михайлович! За фото отдельно спасибо
Сергей
CaR-MeN
Есть много мест куда хочется вернуться а есть, куда нет. Вот Пяозеро мне как озеро и природа понравилась а вот пресс рыбаков как в Астраханской отвергает. И в шторм оно даже похуже наверно Ладоги. Много островов и волну решет в разных направлениях и волна высокая короткая и может кинуть с разных сторон. В один раз пришлось на глиссе уходить жена сидела спереди всю опу отбила -) а иначе на медленном закидывало в лодку воду.
Игорь
Garrigud
Эпопея путешественникаполучилась,Александр Михалыч
Александр
Алмиханд
Вечер добрый, Игорь! Спасибо за визит. Эпопея предполагалась другая, наверняка более интересная, нежели вышла. И рыбалка не ахти, и погода... Удачи в сезон твёрдой воды, Игорь!
Сергей
Frol
Читать забавно. Но автору приходиться посочувствовать. но создали ситуацию мужики сами, попытались совместить несовместимое..... либо интересный, достаточно сложный водный поход с рыбалкой, либо с подругами на стационаре в уютном месте на бережочке.... А тут все в кучу.
Александр
Алмиханд
Приветствую, Сергей! Спасибо за визит и сочувствие. Не стану корить Андрея, но весомая часть вины его - и грузоподъёмность катамарана оказалась мала, и появление четвёртого попутчика -Татьяны-старшей, и проколы с экипировкой девушек, и незнание сезона запрета в связи с нерестом... Кстати, совмещать одно с другим никто не собирался. Поход в Хибины был вынужденным - нужно же было куда-то деть массу времени... А отдых, совмещённый с рыбалкой, получился здесь - ссылка Удачи вам, Сергей!
Сергей
Frol
спасибо за ссылку, с удовольствием ознакомился с подробностями еще одного вашего похода. Повеселили от души! Те же грабли. Две жутко недовольные дамы в жестких условиях похода.... Мошка, это по- настоящему- жесть, а для нежных женских тел, жесть вдвойне. Напомнило, как- то с другом решили пройти по верховьям Мологи. От Бежецка до Максатихи. Обычно, в Максатихе только начинали маршрут и шли до Пестово. Очень это нравилось, прекрасная природа, отличная рыбалка, чистая вода, малая населенность. Решили, если в среднем течении такая красота, то уж в верховьях будет еще интересней. Маршрут в 90 км рассчитывали пройти не спеша за три дня. Попали на вылет комаров, аж небо в ясный день казалось серым, кругом, вместо "красоты", сплошное болото..... проскочили за сутки весь маршрут .... и скорее в Москву.
Александр
Алмиханд
Да, Сергей, девушки порой передоверяются мужчинам и... попадают впросак. Так случилось и там - на Сейде. С тех пор это ежегодный маршрут ГенВала, отработанный до мелочей. Удачи и НХНЧ!
Чтобы написать комментарий,   войдите или зарегистрируйтесь